Совет: мойте руки перед едой. и лучше всего после того как оглушите её.

Говорят, что в глубине топей стоит дом и в нём живёт сорок одна кошка. Не стоит туда заходить, иначе хозяйка разозлится.

Отправляясь в путешествие, озаботьтесь наличием дров. Только пламя спасёт вас от тумана. Но не от его порождений.

В городе-над-озером, утёсе, живёт нечто. Оно выходит по ночам и что-то ищет. Уж не знаем, что именно ищет, но утром находят новый труп.

тёмная сказка ▪ эпизоды ▪ арты ▪ 18+
Здравствуй, странник. Ты прибыл в забытый мир, полный загадок и тайн. Главнейшей же из них, а также самой опасной, являются Туманы, окружающие нашу Долину, спускающийся с гор каждую ночь и убивающий всё живое на своём пути. Истории, что мы предложим тебе, смогут развеять мглу неизвестности. А что ты предложишь нам?

Готика

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Готика » Осколки » Танцуя над пропастью


Танцуя над пропастью

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://forumupload.ru/uploads/001b/2e/0d/3/868897.png
[84 год, 7 день месяца Просыпающегося Солнца]
[Утес, Портовый квартал]
Ной, ГМ

Мамочка правит всем Портовым кварталом, но далеко не всех такое положение дел устраивает. Самопровозглашенный Король считает, что пора бы ей вернуться в грязь и освободить для него трон преступного мира. И Ной попытается ускорить ее уход, чтобы по праву сильного забрать власть над Портовым кварталом себе. Получится у него или нет – этот вопрос пока остается без ответа, время покажет. Но будь осторожен, Монарх без трона, ведь одна ошибка – и ты сгинешь в пропасти

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001b/2e/0d/3/114020.png[/icon][nick]Рассказчик[/nick][status]добро пожаловать в грязь[/status]

+3

2

[indent] В Портовом квартале всегда было неспокойно. Ни дня без кровавой бойни, которая творится между группировками, без оглушающих выстрелов в переулках и тупиках, ни ночи без истошных воплей за закрытыми дверьми местных лачуг, дворов и притонов. Утром снова кто-то обнаружится в сточной канаве – горло вспорото тупым ножом, нутро разворочено и обоссано, одежду растащили нищие и калеки – не оставили даже портков, ибо им нужнее. Днем в пропахшей самогоном таверне обязательно случится драка: из-за денег, из-за добычи, из-за бабы, из-за косого взгляда – любой предлог станет причиной конфликта, который в конце концов вовлечет в разборки всех, кому не повезло оказаться рядом. Вечером кого-то вздернут на петле – за предательство, за ложь, ради мести или простого удовольствия созерцания, как очередной неудачник бьется в предсмертных конвульсиях, а потом, задохнувшись или сломав себе шею, обгадится. Это в Судебном все прилично, с судьей, палачом и приговором, а в здесь все намного проще – если переходишь кому-то дорогу или же просто не нравишься, то умираешь, а потом твое тело жрут крысы. Ну или оно попадает на мясницкий ряд, тут уж как получится.
[indent] Старый добрый Портовой квартал никогда не знал покоя.
[indent] Булл родился и вырос здесь, а потому прекрасно знал всю грязь, которая в Портовом сконцентрирована в таком количестве, что сам постепенно становишься ее частью. Женщины рожают детишек – и те своими красными ревущими мордашками сразу впечатываются в грязь, впитывают ее с материнским молоком, а потом вырастают, и сами уже состоят из грязи от пяток до макушки. Образно говоря, конечно, – Булл прекрасно знал, что внутри людей, детей и взрослых, мясо, кости, кровь и потроха, сам проверял.
[indent] Но случившееся на днях даже его, старину Булла, которого, как он сам считал, уже ничем не удивить в Портовом, все же выбило из колеи и душевного равновесия. Знаете, есть такие вещи, которые неизменны, и ничего ты с этим сделать не сможешь: вода мокрая, снег холодный, Туман убивает, самогон в Портовом дрянной, а рожа у Булла как псиной покусанная. Простые истины, непоколебимые и понятные. И среди них также есть еще одна – Мамочке все отдают долю своей добычи. Всегда.
[indent] Булл никогда не шел против этого закона. Искушение всегда было: оставить себе хотя бы несколько монет и вещиц-безделиц, припрятать награбленное добро на «черный день» – хах, можно подумать, что любой из дней в году не был таким, или отказаться платить Мамочке долю, рванув прочь из Портового, чтобы стать кем-то другим – уйти на фабрику, например, там всегда рабочих рук не хватает. Только вот Булл не был идиотом и прекрасно понимал, что если у него хватит храбрости в яйцах попробовать выбраться из Портового, то люди Мамочки обязательно узнают об этом и быстро прижмут его к стенке, и больше он не рыпнется никуда. Да и вообще больше не пошевелится. Как же хорошо, что Булл не идиот – именно поэтому он все еще жив, ведь он платит Мамочке причитающуюся ей долю. Даже если ему не нравится – деваться-то некуда.
[indent] А вот кое-кто оказался не таким умным. Этого безмозглого звали Монц. Почему «звали»? Потому что сейчас его части его тела пованивают в подвесной в клетке у дома, где кантуются люди Мамочки. Почему «безмозглый»? Потому что решил утаить часть добычи своей банды от загребущих рук Мамочки, а та узнала об этом – и расправа не заставила себя ждать. Кстати, люди Монца висят вместе с ним – Ребятишки милостиво перерезали горло, а только потом подвесили за ногу, а вот Монца заперли в клетке, а потом щедро потыкали всеми острыми (да и тупыми тоже) предметами, но ближе к вечеру оставили – было весело, конечно, но ради забавы никто не захотел умирать в ночном Тумане. Монц почти всю ночь орал, рыдал, скулил и хныкал, а потом внезапно смолк. Осталось от него только верхняя часть – нижнюю отожрали туманные создания почти до грудины. У его людей видок тоже не очень – лишились головы, плечи и рук, висят там сейчас только ноги – и то не у всех.
[indent] Прошла почти неделя с того дня, как этих умников погрызли, и в почерневшей плоти даже личинкам жрать стало почти нечего, но вот разговоры о случившемся так и не смолкли. Не о казни, нет – это дело обыденное. Все судачили только о том, что Монц и его ребятки вообще посмели пойти против законов, против Ребятишек, против Мамочки. Недостача добычи – и ведь Монц действительно думал, что его маленький бунт пройдет незамеченный и никто ничего не заметит. Не вышло.
[indent] Булл сам все еще думал о случившемся. А поскольку природа не обделила его мозгами и наблюдательностью, то он замечал, как лидеры многих банд обсуждают произошедшее с Монцем тоном, в котором тепла к действиям Мамочки нет и в помине. Конечно, они продолжили исправно платить свою долю, ведь никто не хочет отправиться вслед за Монцем, но вот возмущение, сомнение, нерешительность – все это было в разговорах банд. Булл – трактирщик, а трактирщики много чего слышат. Сам факт того, что кто-то посмел пойти против Мамочки, кто-то решил, что недостачу не заметят – вот что пошатнуло привычный устой. Конечно, пройдет неделя или две и все это закончится, вернувшись на круги своя, и подобное не повторится, но до этого момента в Портовом квартале особенно неспокойно. Возможно, за этот короткий срок кто-то еще попытается урвать кусочек прибыли себе – Монц нагнал волну, которую подхватят другие, но Булл не сомневался, что это волна их и потопит.
[indent] А вот Булла эта волна на дно не затянет. Да, он давно отошел от воровских дел – оказывается, что отрубленная рука мешает подобному ремеслу, и теперь он льет вонючее пиво в своем «Гарцующем пони» да прикрикивает на девок, чтобы те быстрее разносили тарелки к столам, но свою долю в конце месяца он не зажимает – и не станет, ведь он все еще не выжил из ума. Но если найдутся еще те, кто решит пошатнуть авторитет Мамочки, то он обязательно посмотрит на это – ведь такое не каждый день увидишь. Возможно даже, что он сегодня кому-то из этих полоумных пиво наливает – а завтра будет смотреть, как этого смельчака с куриными мозгами в клетке вилами истыкают и дерьмом забросают.
[indent] Но возможно, что этого и не случится. Булл не знает. Его работа – наливать пиво да исправно платить в конце месяца. Не так уж и сложно, если подумать. Его все устраивает, и Портовой не то место, кто стоит слишком громко возмущаться существующим порядком, а то сгинешь от рук Ребятишек.
[indent] И Булл был счастлив этим простым и понятным правилом. Наливай пиво и плати Мамочке – и будет тебе счастье.

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001b/2e/0d/3/114020.png[/icon][nick]Булл[/nick][status]добро пожаловать в грязь[/status]

+4

3

Бонни работал с методичностью, которой позавидовал бы любой мясник, его клинок раз за разом поднимался вверх, чтобы мгновение спустя с характерным звуком обрушиться вниз, а очередные алые капли веером украсили его камзол.
Это было лучше, чем просто работа.
Лучше, чем сношаться (о, Бонни был еще тот любитель).
Лучше, чем просто унылая поножовщина в переулке. Да и сами участники этой поножовщины, здесь, в Портовом квартале, зачастую ужасно быстро ломались. Бонни вообще очень редко удавалось повеселиться. И вот, случилось.
Эти стали своего рода исключением, о д-да. Все такие же мягкие и хрупкие, но уже заметно более уверенно держат оружие. Уже заметно сильнее бьют.
Заметно сильнее не хотят умирать.
Кажется, Бонни на этот раз даже улыбался. Хотя, он всегда улыбается.
Боги, как прекрасно.
- Заканчивай скорее, еще опоздаем на встречу. Король будет недоволен.
- Пшел ты, сопляк.

⇀↽

Подросток, весь замотанный в огромный, мешковатый плащ, открыл дверь почти что с ноги и замер, изучая обстановку в трактире. Перекатился с пятки на носок и назад, с носка на пяточку, широко раскинув руки и пошатываясь, будто ребенок, которому было нечем себя занять и наконец, ощерился, быстро облизнув сухие губы длинным языком.
А после по-хозяйски устремился внутрь, не обращая никакого внимания на снующих вокруг девок-работниц и снова спрятав узкие ладони в карманы.
Ной вошел следом, как обычно с полным безразличия ко всему происходящему лицом и точно таком же плаще, хоть в нем и не было необходимости, ведь практически все здесь находящиеся знали о продолжении его тела.
О его уродстве.
Его силе.
Но почему-то он был уверен, что желающих посмотреть на щупальца вблизи вряд ли будет больше парочки.
Третьим показался Бонни. Единственный, на котором не было вообще ничего лишнего, возможно, даже чересчур. Лысый, с недостающими зубами и безумным, пугающим взглядом. И конечно же, мешком.
Мешок у Бонни был большой и красивый. Так считал сам Бонни, да и вряд ли кто-то всерьез решил бы доказывать ему обратное, а два огромных клинка на спине тому отличное подспорье.
Люка громко говорил звонким голосом, будто певчая птичка, обращаясь, непосредственно, к Королю.
Бонни поставил свою поклажу прямо посреди зала и кажется, с нее начало что-то заметно подтекать.
Ной, наконец, подкурил.
А потом раздалось веселое, ребяческое, принадлежащее явно Люке:
- Пошли нахуй все отсюда. Булл так и быть, может остаться.

Кажется, со всех сторон раздался недовольный ропот, но люди медленно начали подниматься с мест, на ходу допивая дешевое, кислое пиво и самогон, да набивая впопыхах брюхо чем-то жирным и мясным (не собачатиной ли?).
Остались лишь девки, по тупости душевной или по незнанию решившие подождать указаний хозяина заведения, чем вызвали звонкие ругательства Глашатая и одобрительные маслянистые взгляды Шута.
- Эй, старина, выпроводи их, - Люка подхватил чье-то недопитое пиво и снова куда-то понёсся, узрев хорошее свободное место (хотя все здесь теперь должно быть свободным), но тут же замер, услышав голос Короля.
- Мы сядем здесь.
Это место было просто отличным, в углу всего помещения и с достаточно большим столом, чтобы принимать гостей. Люке это все страшно нравилось, ведь он не часто выступает в роли переговорщика.
Бонни в роли дипломата не выступал никогда, ибо имел склонность к агрессии и кровопролитию.
- За неудобства, - Ной бросил трактирщику несколько монет и одарил его взглядом, будто само рождение Булла было ошибкой небес и отвернувшись, добавил, - принеси выпить. на шестерых. На четверых. Ко мне придут три гостя и мы будем говорить о всяком важном. А ты, - Ной наигранно-рассеянным взглядом окинул "Гарцующего пони" и добавил, все так же равнодушно, - запрешь где-то своих девчонок и навсегда забудешь что видел и слышал. Либо пойдешь работать на фабрику. Топливом.

Ной затеял опасную игру. Очень опасную, что могла грозить ему потерей всего, что у него было.
А эти придурки из его "союзничков", решили диктовать условия и выбрать нейтральное место для встречи, вместо того, чтобы пересечься где-то еще. И возможно, планируют качать права и дальше.
Тупые выродки.
Но плевать, все пройдет как он и решил, а если нет - поищет кого-то еще.
Недовольных политикой мамочки много, главное в правильное время раздуть пламя. А он уж постарается дуть со всех сил.

Отредактировано Ной (2021-06-23 21:39:22)

+3

4

[indent] Булл видел много всякого дерьма. И в те времена, пока воровал по домам да из карманов, а потом, уже лишившись руки, наливал выпивку. Портовый состоял-то как раз из трех вещей – из грязи, дерьма и крови, и все это лилось по мрачным улицам ежедневно и еженощно. Туманные твари жрали людей потому, что это природа их – губить живых людей (ну, по крайней мере, так считал Булл), а вот люди резали друг другу глотки потому, что природа человеческая такая – сволочная и жестокая, неисправимое и говнистая.
[indent] И судя по рассказам, Ной по природе своей был одним из таких людей. Говнюк, подонок, ублюдок и убийца. Булл считал себя счастливчиком за то, что был знаком с главарем Королевства только по разливанию пива ему в кружку, по чужим рассказам да перешептываниям. Булл слышал как всякую полуправду, до костей пробирающую своей странностью, так и лютую дичь о Короле, что любили рассказывать некоторые посетители трактира: что у того за спиной щупальца – он ими недругов своих душит и девок трахает; или что у Ноя горб как уродца, и в том горбу его собирается желчь, которая и делает его злобными сукиным сыном; или же у него не горб, не щупальца, а брат-близнец там – прирос к нему, пока они еще в материнской утробе были, и теперь нашептывает Ною все планы и решения. Или за спиной висит мешок с головами. Или карлик на шее сидит. Или мамка твоя поудобнее примостилась.
[indent] Булл всегда посмеивался над такими предположениями и над тем, что остались еще люди, не знающие об уродс… о странности Ноя, но вот сейчас, наблюдая за главарем Королевства, Буллу совсем не хотелось посмеяться. Сейчас он с глухим ворчанием выгонял девок из зала – младшая хотела остаться, чтобы сиськами покрасоваться за лишний медяк чаевых, но и ее он выпроводил. Пусть наверху посидят, языки свои бабские чешут. Только чтобы под ногами не путались и Ноя лишний раз не бесили. Не хватало Буллу еще потом труп девчачий в канаву выкидывать, если кто из парней Королевства решит любопытную девку утихомирить.
[indent] – Сию минуту, – отозвался Булл, с ловкостью бывшего вора сцапав гроши в правую руку, и сразу же метнулся за барную стойку, жестами показывая девкам, которые уже были на лестнице, чтобы они не спускались, пока он не позовет. Чутье старого вора подсказывала ему, что не стоит Ною и его мужикам наливать ослиную мочу – придется распрощаться со скромными запасами нормального пива.
[indent] Булл видел много всякого дерьма. Сам в нем участвовал, сам его порой организовывал, сам из него чудом выплывал живым – в последний раз, правда, не целиком, но рука – это не голова и не член, без руки прожить можно. И вот сейчас он чувствовал, что снова ввязывается в очередное говнистое болото – даже тем, что просто наливает пиво. «Говорить о всяком важном» – что из уст бандита может прозвучать более херово и опасно для старого однорукого трактирщика? Булл нервничал – даже пролил пивко мимо третьей кружки, за что сам себя вполголоса упрекнул красноречивым выражением на наречии Портового мата, но все же не стал оставлять кружку наполненной меньше, чем той положено быть.
[indent] И как только он закончил с розливом пива, которое можно было бы назвать даже неплохим, и подал кружки на стол, в трактир пожаловали гости. И никому из них Булл не был рад.
[indent] Будь его воля, он бы еще сто лет не видел Риттера и его обезображенное оспинами лицо, острый птичий нос с крупными порами – Булл тотчас подумал о том, что на фоне Риттера он практически не пьет и вообще писаный красавец. Риттер и трое его парней – ни дать ни взять мрачный ворон, в которого слишком часто кидали камнем, в окружении трех облезлых грачей. От всех попахивало паленым алкоголем – и не удивительно для тех, кто держал винокурню Портового и гнал нелегальное пойло, обходясь без уплаты налогов и прочей законной чуши. Булл сам какое-то время закупался у Риттера, но потом нашел другого парня – цены у Риттера подскочили, а вот качество упало, и, если верить слухам, у винокурни сейчас не лучшие времена, слишком много отдают, слишком мало получают, и к осени, скорее всего, загнутся вовсе.
[indent] Следом за Риттером шагал легкой походной Щегол со своими телохранителями. И охранять было что – Щегол мог бы переплюнуть всех здесь смазливостью своей мордашки. Понятие красоты, конечно, у всех разное, но лучшая метафора на нахождение Щегла рядом с Буллом, Риттером, Ноем и другими мужчинами была проста – так чудный самоцвет лежит в куче коровьего навоза. Щегол – ублюдок какого-то престарелого аристократа из Драгоценного – как еще объяснить его почти девчачье личико? – и сын шлюхи в Портовом притоне, который теперь Щеглу принадлежит. Девки и дурь – вот чем жил Щегол, что покупал и продавал, а потом все пошло у него по местечку, что у девчонки между ног находится.
[indent] А вот и старина Эймс Жаба с его бравыми речными ребятами. Видеть Эймса на твердой земле, а не на борту своей развалюхи-баржи «Непоколебимой» – зрелище поистине странное. Эймс – потому что имя такое, Жаба – потому что уродился где-то на юге, у Топи, где местные жаб ебут вместо женщин. Что там за женщины и с чего жабы стали предпочтительнее – история уже другая, Булл бы ее послушал с удовольствием, но в другой раз. Он пытался не пялиться на татуировки, украшающие мускулистые руки Эймса, но выходило так себе – а татуировки что надо, не портаки, а мастерские, с запечатленными на коже синими чернилами сцены боев с утопцами и водяными бабами, нарисованный на предплечье ряд виселиц для речных разбойников, выведенная аккуратным почерком молитва Истинному Свету и водным духами, набитая на плече девка с рыбьим хвостом, а также рисунок каната, обвивающего ключицу – такая тонкая работа стоила наверняка больше, чем вся баржа Эймса и вся его контрабанда.
[indent] – Недурно, – протянул Риттер, первым отхлебнув из кружки, и кивнул Буллу, словно бы это он пригласил всех на встречу. – Недурно. Даже блевать не тянет. Откуда?
[indent] – «Энвин и сыновья», – Булл старался не встречаться взглядом ни с кем из гостей. – Темное, доставили две недели назад. Еще бочонок остал…
[indent] – Стоячая в доках баржа мне денег не принесет, ближе к делу. Ной? – рыкнул Эймс, прерывая Булла на полуслове. Тот даже ему был в глубине души благодарен, не очень-то ему хотелось беседовать с посетителями сейчас.
[indent] – Ной, друг, как у тебя дела? – Щегол с излишней драматичностью вздохнул, даже не удостоив взглядом своих товарищей. – Как жена, дети, Королевство – все ли процветает?

[icon]http://forumupload.ru/uploads/001b/2e/0d/3/114020.png[/icon][nick]Булл[/nick][status]добро пожаловать в грязь[/status]

+3


Вы здесь » Готика » Осколки » Танцуя над пропастью