Совет: мойте руки перед едой. и лучше всего после того как оглушите её.

Говорят, что в глубине топей стоит дом и в нём живёт сорок одна кошка. Не стоит туда заходить, иначе хозяйка разозлится.

Отправляясь в путешествие, озаботьтесь наличием дров. Только пламя спасёт вас от тумана. Но не от его порождений.

В городе-над-озером, утёсе, живёт нечто. Оно выходит по ночам и что-то ищет. Уж не знаем, что именно ищет, но утром находят новый труп.

тёмная сказка ▪ эпизоды ▪ арты ▪ 18+
Здравствуй, странник. Ты прибыл в забытый мир, полный загадок и тайн. Главнейшей же из них, а также самой опасной, являются Туманы, окружающие нашу Долину, спускающийся с гор каждую ночь и убивающий всё живое на своём пути. Истории, что мы предложим тебе, смогут развеять мглу неизвестности. А что ты предложишь нам?

Готика

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Готика » Некрополь » Мы похожи


Мы похожи

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

[84 год, 16 день месяца Посева]
[Утёс, Драгоценный квартал, салон «Порочная Долина»]
https://forumupload.ru/uploads/001b/2e/0d/7/517444.pngАда Кроули, Леонардо Флоренци

«Что подарить человеку, у которого есть всё?»

Отредактировано Ада Кроули (2021-08-01 22:03:57)

+1

2

Thank u, next
[indent] Нужно всё записать.
[indent] Нужно ничего не забыть.
[indent] Нужно всегда помнить о Лео.

[indent] Ада ведет дневники и расписывает во всех подробностях часы и дни, проведенные вместе с Леонардо Флоренци. Непременно пишет при нём, чтобы не забыть всё, что с ним связано, и дает себе письменные указания на каждой странице, напоминая о том, что некий мужчина ей знаком и это лишь временное беспамятство:

«…ты всё вспомнишь как увидишь его, а сейчас просто оставайся спокойной и читай дальше…»

[indent] 82 год. Месяц Просыпающейся Ночи.
[indent] 5 день месяца.
[indent] «…сегодня он был в салоне, и мы говорили о том, как быстро пролетело время со дня нашего знакомства…»

[indent] 83 год. Месяц Засыпания Ночи.
[indent] 21 день месяца.
[indent] «…мне кажется, я никогда не привыкну к тому, что он так врывается в мою жизнь…»

[indent] 84 год. Месяц Посева.
[indent] 9 день месяца.
[indent] «…долгих несколько часов по пути назад мы обсуждали, что талант этой певицы, Этель Стоун, точно преувеличен…»

[indent] 84 год. Месяц Посева.
[indent] 14 день месяца.
[indent] «…через два дня всё должно быть готово, ведь я сама вызвалась организовать этот праздник для него…»

***

[indent] Лео проходит через просторный холл и вступает в слабо освещенное светом пространство — просторную гостиную. Все окна широко распахнуты, и холодный вечерний ветер гуляет по комнате, трепля занавеси, развевавшиеся, точно черные флаги, — то вдувает их внутрь, то выдувает наружу, то вдруг вскидывает вверх, к потолку, а по винно-красному ковру то и дело бегают тени от огня, что слуги разожгли в большом, каменном и украшенным деревом камине, пытаясь хоть немного согреть помещение.

[indent] Комната обставлена мебелью из темного дерева, сундуками и мягкими пуфиками, у стены расположены большие напольные часы, книжные полки и растения в небольших горшках, а в самом центре — огромный диван, на котором удобно расположилась темноволосая женщина, чьё белоснежное платье подрагивает и колыхается от ветра. Мужчина несколько мгновений стоит, слушая, как полощутся и хлопают занавеси и поскрипывает картина на стене. Но что-то громко стукает — одна из служанок, что сопровождала его, закрывает за собой дверь, — и попавший в западню ветер замирает, а занавеси и легкое платье женщины постепенно опадают, становясь неподвижными.

[indent] Ада, растянувшись во весь рост, лежит, делая пометки в своём дневнике. Замечает мужчину краем глаза и делает попытку встать — слегка подается вперед с озадаченным выражением лица, но тут же смеясь звенящим, обворожительным смехом, возвращается на место.

[indent] Она всё вспоминает.

[indent] — Чем занимаешься?

[indent] — Пытаюсь не забыть тебя, — она опять смеется, словно сказала что-то очень остроумное, и, потянувшись, взяла руку мужчины в свою, заглядывая ему в глаза с таким видом, будто у неё никогда не было более горячего желания, чем увидеть его сейчас.

[indent] Она умеет так смотреть.

[indent] — Давай обсудим все детали праздника ещё раз, — усмехается и отпускает его руку, возвращаясь к своим записям. — Я хочу быть уверена, что всё верно записала, и когда ты уйдешь, заставив меня позабыть о себе, я смогу всё организовать.

[indent] Она стала задавать вопросы своим низким, волнующим голосом. Слушая её, Лео ловит интонацию каждой фразы, как будто это музыка, которая больше никогда не прозвучит. Он смотрит в яркие глаза и на чувственный рот, а в голосе слышит многое — певучую властность, негромкий призыв «услышь», отзвук веселья и радости, что миновала или ещё ожидает их впереди.

***

[indent] — Который сейчас час?

[indent] — Половина десятого, госпожа.

[indent] — Мне пора спускаться к гостям, прошу тебя, быстрее.

[indent] — Как вы можете доверять чему-то, если не помните об этом. Вы уверены, что поступаете верно? — с ноткой недоверия спрашивает, одновременно туго затягивая и завязывая корсет на своей госпоже.

[indent] — Я не могу не доверять тому, что написала своей собственной рукой. Мне стоит доверять самой себе.

[indent] Красно-черное бархатное корсетное платье в пол завораживает, плечи её открыты, а большой вырез на спине лишь придает женственности образу Ады Кроули. На голове, в черных волосах, своих без примеси — лента, украшенная мелко усыпанными драгоценными камнями. Прическа её незаметна, аккуратно собрана, и только короткие колечки кудрявых волос выбиваются на затылке и висках.

[indent] Ада готова к выходу.

***

[indent] Разноголосая.
[indent] Разноцветная.
[indent] Такая несовершенная суета вокруг.

[indent] В главном зале, в гостиной, на веранде можно увидеть мужские и женские силуэты, что вьются точно мотыльки, в свете золотых огней, среди громких голосов, смеха и музыки.

[indent] — Госпожа Кроули, я так рад вас видеть, — к ней подходит темноволосый мужчина и поклонившись, любезно целует её руку.

[indent] — Как ваши дела? — проявляет лживый интерес. — Могу ли я пригласить вас на танец?

[indent] — Прошу, ведите меня, — делает несколько изящных движений и их танец начинается.

[indent] И раз, и два.

[indent] Ада двигается в такт музыке, меняя партнеров в этот вечер как перчатки, но то и дело оглядывается, ища в толпе того, для кого она организовала этот вечер. Она непременно его узнает.

[indent] — Госпожа, ваше вино, — слуга принес бокал и закрытую бутылку, которую вскоре демонстративно открыл.

[indent] — Благодарю.

[indent] — Если вам что-нибудь понадобится, я буду рядом.

[indent] — Да-да, — уже сама себе говорит Ада.

[indent] «Где же ты…» — задает себе риторический вопрос, делая глоток красного вина, и уходит в глубь зала, кружиться в следующем танце.

Отредактировано Ада Кроули (2021-12-19 04:29:17)

+6

3

Каждый год всё начиналось с одной и той же фразы: «Ох, Лео, я совсем забыл...», а в след за этим следовали извинения, поздравления и натянутые, лживые улыбки. Сегодняшний день не стал исключением. Терпя прикосновения гостя к своему плечу и чересчур затянувшееся рукопожатие, он ни на секунду не сводил с него взгляда. В конечном итоге длинная часть явно неподготовленного поздравления подошла к своей кульминации, а стало быть самое время перейти к тому, что действительно волновало этого толстосума. Вот только Лео не собирался посвящать свой день сторонним вопросам, особенно учитывая то, что он не поимеет с этого особой выгоды. Благо Флоренци умел уходить от нежеланных диалогов. Он медленно выдыхает через ноздри, пока уголки его губ слегка приподнимаются, демонстрируя лёгкую, дружелюбную, но далекую от искренней, улыбку. Разрывая рукопожатие, заодно вынуждая освободить своё плечо от тяжелой руки, Лео более чем спокойным тоном сначала благодарит гостя, а после уверяет его в том, что они обязательно обсудят всё, но чуть позже. В конце концов он не в праве оставлять своих гостей без главной звезды сего вечера. Не согласиться с этим было трудно, толстосум не стал перечить и лишь закивал, благо хоть не стал докучать извинениями за задержку времени.

Лео любил внимание, но вряд ли один человек способен потешить его самолюбие своими лестными речами. Нееет... Ему нужна его минута славы, когда весь зал будет восхищенно смотреть на сцену, слушать его, пить за него и думать только о нем. Посему, любой попадающийся на его пути гость вежливо посылался к остальным гостям, ведь совсем скоро они начнут, нечего шататься по безлюдным коридорам с риском пропустить самое интересное. Но судя по доносящимся из главного зала звукам, веселье уже давно началось. Неудивительно, ведь они даже не представляли ради чего собрались. Пока не представляли. Злило ли это Лео? Определенно да, но где-то в глубине души. К сорока годам он свыкся с тем, что доставляло ему особое недовольство, научился бороться с эмоциями, пусть и не всегда. Порой возникали ситуации, когда терпеть просто напросто не было сил. Вот только что ты с этим поделаешь? Да ничего. Словно он не пытался найти выход. Среди всех отмеченных, Флоренци обладал, пожалуй, самой дерьмовой особенностью. Неудивительно, что в конечном итоге у него развились психические заболевания.

— Совсем скоро он утащит ее в спальню~
— Заткнись.

Смех эхом отдаётся в голове, потихоньку утихая, скрываясь где-то в пучине подсознания. Это был один из тех моментов, когда он просто не мог терпеть, а желваки набухали как-то сами собой, когда Лео наблюдал за этим со стороны. Какой толк от твоего статуса, коль о нем забывают, стоит тебе исчезнуть из виду? Не будь он «не запоминающимся», этот выскочка никогда бы не рискнул звать Аду на танец. Да что уж там, он бы не рискнул даже заговорить с ней, ровно как и любоваться ее красотой, ведь любой неаккуратно брошенный взгляд мог быть расценен Флоренци как попытка усомниться в том, что он единственный, кто действительно достоин обладать ею. Но не только это бесило Леонардо. Даже если отбросить тот факт, что за Адой Кроули стоит столь весомая личность, о которой никто не знает, это не отменяет того, что на этом вечера она была единственной, кому дозволено стоять с ним на одной иерархической ступени. А стало быть заносчивый мальчишка либо очень самоуверенный, либо крайней глупый. Его социальный статус, уровень связей в высших кругах и достаток ничтожно малы в сравнении с Кроули. Помни она о том, что у нее уже есть мужчина,  сей мальчишка уже давно кормил бы червей за свое невежество. Но заместо этого он наслаждается танцем с самой шикарной женщиной Долины...

— Тебя это тоже бесит?
— ...
— Тогда не сдерживайся.

Лео движется вглубь толпы, ловко минуя встречающиеся на пути тела, умудряясь не задеть никого локтями. Тем не менее это не помешало ему нарушить такт танца некоторых из пар. Вот он проносится мимо и попавшись на глаза одной из дам, вынуждает ее запнуться о ноги партнера из-за накативших на нее воспоминаний. Она оборачивается, но Флоренци уже скрылся в толпе и воспоминания тут же увядают. Вот только она не спешит продолжать танец, словно чувствуя, что сейчас произойдёт нечто более интересное, что заставит всех остановиться, прервав веселье. Лео не знал, была ли она отмеченный или просто ясновидящей, но предчувствия ее не подвели. Он заявил о себе максимально эффектно, как и полагается тому, кто обделен вниманием и всячески пытается выделиться.

Когда во время очередного оборота вокруг своей оси расстояние между Адой и мальчишкой становится достаточным, Лео буквально просачивается между ними, в то время как его рука ловит брюнетку за талию, не позволяя закончить танец в объятиях того, кто этого не заслужил. Но на этом Флоренци не остановился. Свободная рука была вскинута так быстро, словно он всегда использовал сие оружие в повседневной жизни. Звук взведенного курка, казалось, заглушил собой музыку. Неизвестно от чего мальчишка перепугался больше, от дула, что размеренно "плавал" прямо перед его лицом или же от того, что он вспомнил Лео. Вот только сам Лео не помнил бедолагу, хотя и обладал прекрасной памятью на лица. Было бы странно, если бы со своей особенностью он не мог бы запоминать остальных. Но небольшой зрительный анализ проливает свет на личность незнакомца, хотя по безэмоциональной мине Леонардо понять это было не так уж просто.

— В прошлом месяце я помог предприятию твоего отца не обанкротиться. — Он выдерживает паузу, слегка опуская револьвер, дабы видеть перепуганный взгляд жертвы. — Видать с тех пор навалилось куча дел, раз он не уважил нас своим присутствием. Либо посчитал, что здесь ему не место. И ведь твой старик прав... — Когда Ада уже твердо стояла на своих двоих, Лео отпускает ее и делая шаг навстречу мальчишке, он не рискует запачкать руки, хватая его за грудки, а лишь прижимает дуло к коже под подбородком, давя с такой силой, что бедолага даже рот не мог открыть без достаточных усилий. Он шумно выдыхает сквозь ноздри, пока нос покрывается морщинами, выражая то ли ненависть, то ли дикое презрение. А может всё вместе? Лео пытался бороться с желанием сделать то, что сделала бы его скрытая сущность, но это было не просто. Палец то и дело ложится на курок, но тут же "отскакивает" от него как ошпаренный. Обступившие его гости и прекратившие играть музыканты не замечали подобных мелочей, а лишь ждали развязки, не рискуя вмешиваться. Флоренци находился в центре внимания, теперь то все его вспомнили. Вместе же с воспоминаниями пришло страшное осознание того, что они никак не могут помочь недоумку, если не хотят ощутить на себе последствий колоссального влияния Лео.

— Ты использовал приглашение своего отца, чтобы проникнуть туда, где тебе нет места. — Он сближается еще, едва не ударяясь своим лбом в его. Смотрит сверху вниз, пока тот пытается спрятать перепуганный взгляд, словно провинившийся щенок. Лео это не нравится. Чуть отстранившись, он давит на револьвер, вынуждая мальчишку задрать голову, встретившись с испепеляющим взглядом Флоренци, который шепотом добавляет: — Убирайся. — Недоумок так и не проронил ни слова. Едва не запутавшись в своих ногах, когда попятился назад, он был вынужден бежать, ощущая на себе взгляды десятков очевидцев. Страх окутал его еще сильнее, когда он отвернулся от Лео и тут же забыл о нём. Вот только не пойми откуда взявшееся чувство того, что если он не ускорится, то получит пулю в спину, не давали ему спокойно выдохнуть до тех самых пор, пока он не оказался за порогом, жадно заглатывая свежий воздух, едва сдерживая рвотные позывы от пережитого стресса.

Он еще долго смотрел в пустоту, пока один из местных буйволов, что должен был следить за порядком, не вывел Лео из некого подобия транса. Отдавая тому уже ненужный револьвер, Флоренци окидывает Аду взглядом и дожидается, пока она отдаст приказ здоровяку не пускать выскочку вновь. Попроси об этом Лео, толку было бы ноль, ведь он бы просто напросто забыл бы об этом. Буйвол оказался немногословным и коротко кивнув, отправился к главному выходу, оставляя их наедине. Вернее не совсем наедине. Хотел бы он полюбоваться Адой чуть больше, но был вынужден окинуть толпу взглядом, одарив их всё той же дружелюбной, но лживой улыбкой, настоятельно порекомендовав им продолжать веселье и забыть о данном инциденте.

+3

4

Bad Guy
[indent] Ада проживает один из своих счастливых дней. Платье нигде не теснит, нигде не спускается кружевная отделка обрамляющая низкий вырез на её груди, а чёрные туфли на высоких выгнутых каблуках не жмут. Густая копна темных волос держится в хорошо уложенной прическе, а лента из бархата с медальоном особенно нежно окружает тонкую шею, подчеркивая её. Глаза блестят, а румяные губы улыбаются от сознания своей собственной привлекательности. Не успевает она закончить один танец, как вокруг наблюдает мужчин, что ожидают возможности пригласить её на следующий. Один из них, оставив ту, с кем он танцевал свой первый танец, оглянувшись вокруг, на пустившиеся вновь кружить пары, подбежал к Аде и с той особенной, свойственной только молодым, уверенностью, поклонился, занес руку и обнимая за талию, увел за собой.

[indent] Знал бы он заранее чем закончится для него этот вечер.

***

[indent] Взгляды Ады и Лео встречаются и останавливаются, не отпуская друг друга.

[indent] Ада внимательно смотрит. Тяжело дышит, глядя на него. Как будто пытается признать его, но тут же переводит свой растерянный взгляд на обступившую их толпу, как бы пытаясь осознать всё происходящее вокруг. В её коротком взгляде он точно успевает заметить оживленность, которая заиграла на её лице, отобразилась во взгляде и чуть заметной улыбке.

[indent] Она вспомнила всё, что должна была.

[indent] Живо вспоминает это мужественное, твердое лицо, это благородное спокойствие. Вспоминает нежные чувства к себе того, к кому сама же их испытывает. Чувствует восторг. Никак не может привыкнуть, что эти воспоминания, что накрывают её волной, производят на неё такое сильное впечатление. Но это продолжается лишь несколько первых мгновений.

[indent] Все молча уставились на госпожу Кроули, а она, откинув со лба выбившуюся прядь, отвечает им ослепительной улыбкой. Мужчина, что стоит к ней ближе всего, внимательно смотрит на неё, склонив голову набок, потом протягивает руку вперед, убирает и опять протягивает вперед.

[indent] — Госпожа Кроули, прошу, отойдите в сторону, — голос мужчины дрожит.

[indent] — Не стоит волноваться за меня, — произносит она безукоризненно светским и спокойным тоном, — лучше не вмешивайтесь, и тогда всё скоро закончится.

[indent] Ей нравится эффект, который они с Лео производят на публику, и она продолжает разглядывать всех собравшихся вокруг. Она возбуждена, но вместе с тем прекрасно умеет владеть собой. Настолько, что может сейчас спокойно наблюдать. В левом углу зала, она видит сгруппировавшихся людей, что обмениваются взволнованными взглядами. Справа же стоят молодые юноши и девушки, что не смеют подойти, страшась выстрела. Позже находит и прелестную фигуру своей дорогой Май, и своими дальнозоркими глазами видит, что она смотрит на нее, точно смеясь с происходящего.

[indent] Вскоре всем было «велено» разойтись и продолжить веселье, и как раз в это время одна юная особа, вся в волнах кружев своего платья, для храбрости залпом выпившая выхваченный прямо из воздуха напиток, выбежала в самый центр зала, закружившись в танце без партнера. Всё внимание переходит на неё, а тишина, что только стояла, нарушается — музыканты галантно подладившись под заданный нею темп, начинают играть, а в толпе уже слышится звонкий смех и веселые разговоры.

[indent] Вечер вновь начинается.

***

[indent] Она вспомнила его.

[indent] Ада улыбается ему ласково, — нет, гораздо больше, чем просто ласково. Такую улыбку, полную одобрения, удается встретить не часто. Она сосредоточивается на одном Лео, и он чувствует, что она понимает его ровно настолько, насколько ему угодно быть понятым, верит в него в той мере, в какой он верите сам в себя, и безусловно видит его именно таким, каким он больше всего хотел бы выглядеть. В это время он пристально смотрит на неё и, кажется, заново оценивая происходящее, прощает ей танец, что она только что вела.

[indent] — Ты заставил меня долго ждать.

[indent] Он молчит, а его красивое лицо выглядит серьезным.

[indent] — Но можно было обойтись без этого спектакля? Это был всего лишь танец, — её голос притягивает, он нежен, но звучит в нём и укор. Она знает, что в это самое время тот несчастный мужчина смотрит с темнеющей улицы в вышину, на освещенные окна, и думает о том, какие человеческие тайны прячутся там, за этими желтыми квадратами. В своём воображении она отчетливо видит его поднятую голову и задумчивое лицо. Слышит, как он думает о том, что был там, но стоит завороженный и в то же время испуганный бесконечным потоком своих же мыслей.

[indent] — Рядом с тобой я перестаю чувствовать себя цивилизованной женщиной, — наиграно жалуется, прикасаясь руками к его груди, разглаживая ткань его жилета.

[indent] — Тебе его жаль?

[indent] — Нисколько.

[indent] Он вновь серьезно смотрит на неё, и она замолкает.

***

[indent] Огни в зале горят ещё ярче, а музыканты играют золотистую музыку под чудесный хор голосов, что звучит тоном выше, звонко разливаясь по всему залу. Смех гостей с каждой минутой звучит всё свободней, всё расточительней, он готов хлынуть потоком от одного шутливого слова, брошенного случайно. Людей становится всё больше, кружки гостей то и дело меняются, пополняются новыми – не успеет один распасться, как уже собирается другой. Слуги работают вовсю, по залу тут и там проплывают подносы с алкоголем, наполняя ароматами воздух, уже звонкий от смеха и болтовни, сплетен, прерванных на полуслове, завязывающихся знакомств, которые через минуту будут забыты, и пылких взаимных приветствий гостей, никогда и по имени друг дружку не знавших. Появились уже и слегка пьяные самоуверенные молодые девушки, что мелькают среди важных гостей, чтобы на короткий, радостный миг стать центром их внимания — кокетливо шутят, улыбаются и спешат дальше, возбужденные успехом, сквозь яркие краски нарядов и голосов, что хаотично меняются вокруг.

[indent] Его красивые глаза особенно ярко блестят, и с чуть заметной счастливой и торжествующей улыбкой, почтительно и осторожно наклоняясь над ней, он протягивает ей свою руку.

[indent] — Потанцуешь со мной? — он берет её маленькую, ему поданную руку и, как чему-то особенному, радуется тому, какой легкой она ему кажется.

[indent] Каждый раз, как он говорит с ней, в глазах её вспыхивает радостный блеск, а улыбка счастья изгибает её румяные губы. Она как будто делает усилие над собой, чтобы не выказывать этих признаков радости, но они сами собой выступают на её лице. Куда девается её всегда спокойная, твердая манера и беспечно спокойное выражение лица?

[indent] — Непременно, — она положила, согнувши, левую руку на его плечо, а тонкие ноги в туфлях быстро, легко и мерно начинают двигаться в такт музыке по паркету. Лео начинает танец вместе с ней, направляя шаг прямо на толпу в левом углу зала и, лавируя между кружевами и лентами, не зацепив ни пера на шляпах других, проворачивает круто Аду вокруг оси, так что открываются её ноги в ажурных чулках, а шлейф платья заносит, закрывая колени мужчины. Все видят, что они чувствуют себя так, как будто они совершенно одни в этом полном зале. Все видят, что Ада и Лео пьяны друг от друга. Все знают это чувство и знают его признаки, видя их в них — дрожащий, вспыхивающий блеск в глазах, улыбку счастья, и отчетливую грацию, верность и легкость в их движениях.

[indent] Она потянулась к нему, тихо говоря своим льющимся голосом:

[indent] — Я просто сама не своя, до чего мне всё это нравится.

[indent] — Если тебе посреди вечера захочется меня поцеловать, ты только намекни, и я с превеликим удовольствием это устрою, — она говорит ещё тише, почти перейдя на шепот и еле сдерживая смех.

[indent] — Просто назови меня по имени, — сам Лео часто думал о том, что шепот Ады — лишь уловка, цель которой заставить его наклониться ближе и внимать каждое её слово, боясь упустить важное. И даже окажись это правдой – это ничуть не лишает эту манеру своей прелести, ведь она так нравится ему.

[indent] Они остановились, повернувшись лицом друг к другу. Ада стала подпевать музыке хрипловатым ритмичным полушепотом, вкладывая в каждое слово свой особенный смысл. Когда мелодия шла вверх, голос, следуя за ней, мягко тянулся, и при каждом таком переходе кругом словно разливалось немного волшебного тепла.

[indent] В танце, Ада улыбается, и улыбка передается ему. Какая-то неведомая сила притягивает глаза Лео к её лицу. Она прелестна в своем красно-чёрном платье, прелестны её тонкие руки с браслетами, прелестна тонкая шея, прелестны вьющиеся волосы уже немного расстроившейся прически, прелестны грациозные легкие движения ног, прелестно это красивое лицо. Но что-то ужасное и жестокое кроется в этой прелести, что всегда остается для него загадкой. Он только обнимает её тонкую талию, прижимая к себе ещё крепче, и делает очередной шаг, как вдруг музыка останавливается. Ада смотрит в его лицо, которое оказалось на таком близком от неё расстоянии, и думает о том, что через столько лет, он смотрит на неё всё тем же взглядом.

[indent] — Я немного устала.

[indent] — Тогда оставим это, — он поклонился, выпрямил открытую грудь и подал руку.

[indent] Ада взяла его под руку и томно, неторопливо, слегка придерживая свободной рукой платье у бедра, пошла подле него. Они зашли в глубь маленькой, почти уединенной гостиной и она опустилась на диван. Воздушная юбка платья поднялась облаком вокруг неё, одна обнаженная, худая рука, бессильно опущенная, утонула в складках ткани, а другая уже держала бокал, что только мгновение назад был учтиво предложен слугой.

[indent] Она слегка придерживает ладонь Лео в знак того, что вернется к разговору с ним через минуту, а сама с любопытством поворачивает голову к двум девушкам в совершенно одинаковых оранжевых платьях, что остановились у подножия лестницы, совсем близко от них. Обе заговорщически сдвинули головы глядя на Аду и Лео.

[indent] — Мне говорили, будто он когда-то убил ради неё человека, — прошептала одна.

[indent] — Мороз бежит по коже от таких предположений.

[indent] — Ты обрати внимание, какое у него лицо, когда он думает, что его никто не видит. Можешь не сомневаться, он убийца, — она жмурит глаза и ёжится.

[indent] Ада обладает отменным слухом и просто хорошо понимает людей, от чего спешит поделиться с Лео тем, что услышала.

[indent] — Они думают, ты убийца, — тихо засмеялась, с любопытством щурясь на него, — и способен убить ради меня.

[indent] Она знает, что многие из присутствующих инстинктивно избегают умных, проницательных и сильных людей, и ей было ясно почему — не многие могут чувствовать себя уверенными среди тех, кому попросту в голову не может прийти, что бывают поступки, что не согласуются с общепринятыми нормами поведения. Именно такими людьми и являлись Ада с Лео.

[indent] — Но я всегда тебе говорила: «Ты или охотник, или дичь, или действуешь, или устало плетешься сзади».

[indent] — Многие из них, слышат лишь то, что в тебе звенят деньги, — неожиданно сказала она, хлопнув ладонью по его груди. Но он знал это и сам, прекрасно понимая, что она имеет ввиду. Деньги звенели во всём — в его кармане, в манерах, в голосе, во взгляде — вот что так пленило всех вокруг, вот что заставляло всех иметь с ним дело, не смотря на страх, который они испытывают.

[indent] — Зачем ты их позвал? — её всё ещё поражает список гостей, который он составил. Тут было слишком много людей, безукоризненно одетых и с таким голодным видом. Голодным до денег. Они все сосредоточенно и негромко обсуждали что-то, убеждая в чем-то друг друга и самих себя. Мысль о больших деньгах дразнила их, создавая уверенность, что стоит сказать нужное слово нужным тоном, и они совершат на этом вечере сделку всей своей жизни. Вот зачем они пришли. — Я знаю, что ты любишь собирать много народу, тебе так уютнее. В большой компании ты чувствуешь себя нужным. Но давай закончим на сегодня?

[indent] — У меня есть для тебя подарок, — делает глоток вина.

[indent] Ада знает его и знает, как они с ним похожи.

[indent] — Тебе понравится, — глаза её смотрят ласково, но Лео может показаться, что в ласковости её есть особенный, умышленно спокойный тон. — Мне бы понравилось.

Отредактировано Ада Кроули (2021-12-19 04:27:03)

+5

5

Metallica & San Francisco Symphony: Nothing Else Matters (Live)
Память - занятная штука. Лео нравится запах волос Ады. И он узнает его из тысячи, но он никогда бы не смог воспроизвести его по памяти.

Ада для него - единый образ, состоящий из множества нюансов. Когда она поворачивает голову, Лео понимает, что совсем забыл про родинку над её левой ключицей. А ведь он целовал её. Касался кончиком языка. И всё же эта маленькая деталь ускользнула из памяти. Утонула в сотне важных и неважных вещей, которые он помнил. А может быть эта родинка - и есть средоточие всего того, о чём нужно помнить.

Наверно как-то так и работает его странность. Глупо и обидно ощущать себя чем-то неважным, незначительным, что можно забыть и не вспоминать. Если бы он мог распахнуть сердце Ады и отпечатать на нём калёным железом своё имя. Чтобы она вспоминала о нём не только из дневника. Чтобы она была его женщиной и телом и мыслями. Всегда. А не только когда он рядом.

Пожалуй, он готов отдать все свои деньги за то, чтобы его помнил хотя бы один человек.

Пожалуй, из всех людей он бы выбрал для этого Аду.

Она говорит, что люди считают его убийцей. Она говорит, что они считают, что он убил бы ради неё. А он лишь думает о том, что они тысячу раз правы.

Десятки раз он видел кошмар. Один и тот же, но в разных вариациях. В этих снах он приходил к Аде, а она не вспоминала его. Этот чёртов момент, когда она видит в нём незнакомца, такой краткий, но который всегда приводит его в смятение, не заканчивался. Он длился. Лео хватал её за руки, кричал, но Ада смотрела сквозь него. Эти сны кончались по разному. Иногда он убегал, иногда там были другие люди, которые тоже не узнавали и не вспоминали его. Но иногда, сам не свой от отчаяния и горя, он вонзал Агату в сердце Ады. А потом просыпался в плену мокрых от пота простыней и долго не мог уснуть.

Лео любуется ей, наслаждается её голосом, прикосновениями. В эти минуты он счастлив настолько, что ему достаточно только её внимания. Только её заинтересованного взгляда.

Ада говорит про подарок. Лео вскидывает бровь. Обычно это он дарит ей подарки. Если драгоценности, то непременно он должен видеть её в них обнажённой. Ему нравится, как золото и бриллианты смотрятся на её белой коже. Он любит её стройный силуэт в подаренных им мехах. Картины, шкатулки, платья… Однажды он подарил ей певчую птицу, которую можно было увидеть только в лунном свете. Другой раз - игрушечный дворец, со сложным механизмом внутри. Поверни ключик несколько раз и смотри, как в бальном зале кружатся парочки, слуги разносят еду, а король на троне качает головой.

Он любит удивлять её. Любит смотреть, как загораются её глаза от восхищения. Её улыбку.
А теперь что-то новое. Необычное ощущение. Он не привык к подаркам. Люди редко готовят подарки тому, о ком не помнят. “Редко” читай “никогда”. Это будоражит, интригует, заставляет сердце биться чаще. А ещё эти бесенята в глазах Ады. Дьявольские огонёчки. Наверно, Лео был бы рад и чему-то банальному. Если бы Ада с гордым видом подарила ему запонки, или кальсоны, он бы улыбался как дурак. Счастливый дурак. Но что-то ему подсказывает, что с таким взглядом не дарят ничего похожего.

“Мне бы понравилось”.

Она горда и довольна собой. Она не забыла, она всё подготовила заранее. И ей не терпится вручить подарок любимому.

- Ты моя женщина, а значит это я должен осыпать тебя подарками, - ворчит Лео с улыбкой. - Но я заинтригован. Нужно куда-то идти? Или ты извлечёшь свой презент из декольте?

Он усмехается. И это добрая усмешка. Та самая, которую не видит больше никто и никогда, кроме Ады.

+5

6

Strange
[indent] 84 год. Месяц Посева.
[indent] 8 день месяца.
[indent] «...что подарить человеку, у которого есть всё...»
[indent] «…что подарить человеку, у которого есть я...»
[indent] «…что подарить человеку, у которого есть…»

[indent] Ада бережно касается руки Лео, берёт в свою и прикладывает к груди.

[indent] — Знаешь, если бы я могла подарить тебе своё сердце, я бы сейчас же достала его из груди, — голос звучит мягко, он принуждает слушать и верить. Лео должен почувствовать правду в её словах.

[indent] — Но какой же это подарок, если оно и так принадлежит тебе, — улыбается в своей привычной веселой манере, так, будто ей удалось доказать ему свою любовь.

[indent] — Пойдём, — шепчет, — этот праздник томителен и скучен.

[indent] Они оба, держась за руки, встают и уходят куда-то наверх. Но в последний момент, она останавливается на самой верхней ступеньке мраморной лестницы и замирает. С равнодушным лицом оглядывает сияющий золотом зал и группу за группой сменяющихся танцующих людей. Смотрит и видит, как одни девушки кокетливо касаются мужских плеч, склоняют головы и пошатнувшись, притворно падают в обморок. Они не сомневаются, что их подхватят крепкие мужские руки — и, возможно даже не одни. Неужели Ада выглядит со стороны так же глупо? Как могла она сегодня танцевать не с ним? Как могла её голова коснуться не его плеча? Смотрит на Лео и лишь сильнее сжимает его ладонь. Только сейчас она окончательно понимает, что всё, что происходит внизу – ей совсем не нужно. И никогда по-настоящему не было нужно. Что она вынужденно носит маску вечно улыбающейся, вечно весёлой Ады. Но её пора снять. Хотя бы перед ним одним. Только перед ним одним.

[indent] Ей кажется, он стоит того, чтобы она совершила эту глупость.

[indent] 84 год. Месяц Посева.
[indent] 9 день месяца.
[indent] «…кто научил меня снова доверять?.. моё сердце? но ведь сердце умеет только любить…»

[indent] 84 год. Месяц Посева.
[indent] 10 день месяца.
[indent] «…я знаю ответ… сердце умеет только любить, а любовь может научить всему…»
[indent] «…я всё ему расскажу…»

[indent] Стоило ей тогда принять это решение, как внезапно все чувства обрели форму и вкус, мысли сами сложились в голове и нашлись нужные слова. Голова очистилась от ядовитого тумана, который травил её сердце и душу. Или что там от неё осталось. Ада уже много лет живёт в лабиринте из собственных чувств, в который сама же себя и загнала. А оказалось, что для того, чтобы выйти, всего-то нужно было привыкнуть к свету и разглядеть незапертые ворота, которые уже не первый год открыты перед ней. Достаточно их толкнуть, и она обретёт долгожданную свободу...

[indent] Сколько времени она потратила зря? Сколько дней и ночей она не замечала любви? Но ведь Ада её просто не ждала. Любовь случилась с ней нежданно. Не такая, которая приходит, и поглощает, заставляя «моментально влюбиться». Не такая, которая приходит «с возрастом» или с из-за утомлённого тела после хорошего секса. Такая любовь — иллюзия.

[indent] С Адой случилась — нежданная. Такая как гром, как болезнь, как удар по голове. Такая не смотрит на здравый смысл, вот она какая — настоящая любовь.

***

[indent] Она ведёт его по коридору, то и дело бросая на него взгляд полный немых вопросов. Понравится ли ему? Не оттолкнёт ли его? Залезть бы ему в голову, но нельзя…

[indent] «…он поймёт…» — успокаивает саму себя, — «…по-другому быть не может…»

[indent] Сегодня Ада подарит ему правду, подарит всю себя. В знак уважения, в знак просьбы принять её любовь и понять, как важно ей то, что он с ней рядом.

[indent] — Сюда, — алая комната горит в огне разожжённого камина. Ада напоследок легко сжимает ладонь Лео, отпускает и делает широкий жест рукой, обводя пространство и   заставляя его обратить внимание на длинную тахту.

[indent] Проходит за ним и как только он садится, Ада ловко и легко устраивается у него на коленях.

[indent] — Я тут, а ты не чувствуешь меня, — подол платья сползает куда-то вниз и оголяет стройные ноги, на которых красуются белые чулки. Касается одной рукой его плеча и легко сжимает, чтобы он смог почувствовать её прикосновение.

[indent] — «Моя странность, моё проклятие», так ты говоришь, — саркастично шутит, переводя взгляд с Лео на ладонь и обратно. Конечно, странность Ады не сравнить с его, но и ей не повезло. Она может подойти сзади, коснуться, обнять, заснуть на его груди, а он не почувствует — будто её рядом и нет.

[indent] — Но и твоя странность, моё проклятие, — Ада живёт и ведёт вечную борьбу с собственной памятью. Её тело, душа, мысли — всё развивается под контролем памяти, ведь, кажется, всё можно вспомнить и осмыслить. Но только не его. На Лео течение памяти останавливается. Умирает. Голову Ады окутывает густой и неопределимый мрак, а ей остаётся только снова и снова перечитывать дневники и пытаться разобраться в себе. Пытаться вспомнить мужчину и найти в глубине себя хоть какие-то обломки чувств, какие-то воспоминания, движения и фразы, за которые она могла бы зацепиться. И каждый раз безрезультатно.

[indent] — Но сейчас не об этом, — Ада вызывающе сверкает глазами и загадочно улыбается. Ей уже не терпится продолжить.

[indent] — Лео, я знаю про неё, про другую, — тянется рукой и касаясь его тела, заводит ему за спину. Она точно знает, что ищет и находит. Ножны.Про Агату.

[indent] — Ты её любишь? Так же сильно, как и меня? — смотрит прямо в глаза, без волнения, без смущения и её уверенность передаётся ему.

[indent] — У нас больше общего, чем ты думаешь, Лео, — Ада не говорит, а словно воркует с ним, — ты любишь меня, а я тебя. У нас отличный вкус. А ещё… нам нравится убивать.

[indent] Догадывался ли он? Думал ли, что Ада способна убить? Думал ли, что Ада способна такое дело любить? Но он не глуп, где-то глубоко внутри он должен был понимать — он выбрал её из сотен других неспроста. Разве может такая женщина как она, быть без личного греха? Но как догадалась она? Он спросит? Разузнает? Мысли в её голове начинают тяжело волочиться, а голова начинает работать с трудом. Такая тяжелая ноша, которую она только что отпустила, но… что будет дальше? Ада не любит вопросы, на которые не может дать ответы. Но ему и ей сейчас открылась великая правда: глубокая, трудная, противоречивая — которую нужно просто принять.

[indent] Какое-то время они молча смотрят друг другу в глаза. Он удивлён, а она вся словно расцветает на его глазах. Тянется и почти касаясь губ Лео своими, тихо шепчет:

[indent] — Разве это не романтично? — страшные слова слетают с её губ, но ничего зловещего в ней рассмотреть невозможно.

[indent] Для Ады убийство — вещь интимная.

[indent] В её глазах Лео — хищник. Опасный зверь, что создан для охоты.
[indent] В её глазах Лео — идеальный убийца. Безжалостный, холодный и жестокий.
[indent] Но при этом, он ей абсолютно мил, а его работы вызывают у неё яростное умиление.

[indent] — Для таких как мы — границ нет, они лишь в голове у других людей. Мы сами для себя определяем, что такое плохо, а что такое хорошо. Всё это относительно — то, что другие считают убийством, для нас является справедливостью.

[indent] — Все твои жертвы, они ведь заслужили смерть, — протягивает Ада с усмешкой. Она в этом не сомневается, она всё понимает. И кажется, наконец, она нашла и его — мужчину, которому не нужно будет ничего объяснять. Мужчину, которого она сможет обнять, прижаться щекой и всё рассказать.

[indent] Ада предостерегающе поднимает руку и касается пальцами его губ, не давая ничего сказать.

[indent] — Об это позже, а пока — не будем тянуть. Подарок давно пора открыть, — говорит почти шепотом. — Я знаю, что ничего не проходит так быстро, как память о подарках. Но этот ты не забудешь никогда, я обещаю.

[indent] 84 год. Месяц Посева.
[indent] 12 день месяца.
[indent] «…Этель Стоун, ты станешь превосходным подарком…»

[indent] — Заходи же, милая! — слышится звук открывающейся двери и в центр комнаты проходит тёмная фигура. На ней плотная накидка, которая скрывает голову и тело. Только светлые, почти белые пряди волос спадают на грудь и блестят в свете огня.

[indent] Ада, дернув коленками, самоуверенно выпрямляется и встаёт с тахты. Подходит к фигуре и становится впереди неё, заслоняя от Лео. Накидка падает к ногам, а Ада поправляет платье и заправляет выбившиеся пряди волос за уши девушки, точно играет с куклой и приводит ту в порядок. Берёт за руку и делает шаг в сторону, наконец давая мужчине увидеть, кто к ним пришёл.

[indent] — Твой подарок, — заливается звенящим, презрительным смехом, не отрывая взгляда от гостьи.

[indent] Её лицо знакомо Лео. Это премиленькое, капризное личико достаточно часто он видел на плакатах и афишах, иллюстрирующих выступления. На одном из них они были совсем недавно и оно не впечатлило, но зато подтолкнуло Этель Стоун к ним — прямо в петлю.

Отредактировано Ада Кроули (2021-12-19 04:24:01)

+2

7

Seven Nation Army - Vitamin String Quartet Performs The White Stripes
Высший Титульный Оркестр Утёса Лео по праву считал своим детищем. Он действительно вложил в него много сил и средств. Лео собственными руками задушил виолончелиста, который своими фальшивыми нотами загубил выступление в Алмазном Зале. Он лично направил в оркестр Томаша Мерло, скрипача, про которого ходили слухи, что он заключил договор с Туманом, купив свой дар ценой многих жизней. К слову, Томаш был отмеченным и мог “видеть” музыку. Лео собственными силами обеспечил музыкантов инструментами самого великого Кальдажио. И дело было даже не в цене, а в том, что найти и выкупить их оказалось тем ещё приключением.

Но Леонардо добился своего. Высший Титульный Оркестр Утёса стал не просто развлечением для богатых снобов, но настоящим искусством.

В тот памятный вечер девятого числа месяца Посева он позвал Аду насладиться настоящей музыкой. Он предвкушал.

Но деньги решают всё. Устроители концерта решили, что срубят больше, если музыканты будут аккомпанировать нынче популярной Этель Стоун. Певицу Лео не слышал, потому отнёсся к новости нейтрально. Пока девушка не вышла на сцену в сияющем платье и не открыла рот.

Ладно, честно признаться, пела она не плохо. Не ужасно. Посредственно. И это создавало дикий диссонанс. Будто великий художник написал картину, от которой захватывает дух и наворачиваются слёзы, а его подмастерье намалевал на переднем плане кривого человечка.

Позже, когда они обсуждали с Адой это выступление, та сказала, что Этель - любовница кого-то из Гнездовья. И её богатый меценат не поскупился на средства, чтобы пропихнуть девочку со средними данными на большую сцену. Лео тогда саркастично заметил, что поди Этель лучше получается делать ртом другое, нежели петь.

Но в данный момент Лео меньше всего интересуют вокальные данные госпожи Стоун и то, как она смогла пробиться. Он во все глаза смотрит на Аду.

Всё стало на места. Все видения, все его мытарства обрели смысл. Здесь и сейчас.

Нет, сначала он пугается. Когда Ада называет имя Агаты, он замирает как воришка, застигнутый на месте преступления. Его прошибает холодный пот, а пальцы невольно сжимаются.

Невозможно. Немыслимо. Эта женщина не только запомнила его День Рождения, пусть и ненастоящий, но и смогла разгадать главный секрет.

Она спрашивает, любит ли он Агату также сильно, как её саму. Как можно сравнивать? Зачем?

Потрясённый Лео не может вымолвить ни слова.

“Нам нравится убивать”.

- Ты ведь всегда это знал.

Это похоже на сон и Лео боится проснуться.

“Твой подарок”.

Ада смеётся, демонстрируя Лео его жертву. А он, наконец, может собраться с мыслями.

- Мы оба носим маски, - медленно произносит Лео. - Но похоже влюбились в тех, кто под ними. Кто только притворяется частью толпы. Хищники.

Он берёт Аду за руку, притягивает к себе и целует в губы.И в этот момент уже знает, что никогда её не отпустит.

- Есть другой я. Ты видела его иногда, но лишь мельком, - говорит Лео.

- И я люблю тебя, Ада Кроули, - говорит другой Лео.

Лезвие Агаты сверкает в его руке, описывает круг и замирает.

- Никогда и никто не делал для меня ничего подобного.

Наконец он удостаивает вниманием свой “подарок”, обходит Этель вокруг, внимательно рассматривая со всех сторон.Она красива. Капризно поджатые губы, локоны. Но, конечно, не сравниться с той, которая за ними наблюдает.

- Ты чем-то накачала её? Не могу понять. Она стоит смирно, выполняет все твои приказы, но в глазах абсолютный ужас. Ты ведь всё понимаешь, девочка? Знаешь почему ты здесь? Ты плохо поёшь. Твоя известность не заслужена. И я тут, чтобы исправить это досадное недоразумение.

Он поворачивается к Аде.

- Как ты тогда сказала? “Визгливое блеяние”?

Лео опять смотрит на Этель.

- То, что хорошо для пьяных господ под клавесин, не подходит для сцены, на которой пели великие. Ты оскорбила музыкантов, которые играли с тобой.

Берёт руку несчастной в свою.

- У тебя красивое кольцо. Такой крупный сапфир. Позволишь?

Вопрос звучит издёвкой. Он тянет украшение с пальца и взвешивает его на ладони.

- Я тоже люблю дарить своей женщине драгоценности, - произносит Лео, а потом бросает кольцо в камин. Оно исчезает в пламени.

- Этель, милая моя, тебе несказанно повезло. Я тебя точно запомню. Ты - дар моей женщины. Ты как та самая драгоценность. Вечер только начинается. И когда я с тобой продолжу, ты будешь кричать, Этель. Но твой голос… Нам хватило с Адой его тогда, на концерте. Портить такой романтический вечер твоими воплями? Нет, пожалуй, я откажусь.

Лео подходит  к камину и берёт щипцы. Он копается в углях и подцепляет кольцо.

- Ада,милая, ты не могла бы мне помочь? Нужно, чтобы госпожа Стоун открыла рот и запрокинула голову назад. И лучше тебе придержать её. Вот, так хорошо.

Он поудобнее перехватывает щипцы.

- Твоё пение - это зараза. Опухоль, которую нужно выжечь. Чтобы никому из этих богатых ублюдков больше не вздумалось выставлять свою подстилку на всеобщее обозрение, - глаза Лео сверкают, а на губах играет улыбка. - Чтобы никто не вздумал больше рукоплескать бездарности. Ты станешь уроком, Этель. Пора выпить эту горькую пилюлю.

Он разжимает щипцы. Раскалённое кольцо летит прямо в открытый рот Этель. В следующее мгновение Лео подхватывает жертву, плотно сжимая её челюсть рукой. Шипение и отвратительный сладковатый запах палёной плоти. Этель бьётся в его объятиях, мыча и извиваясь. Её глаза готовы выпрыгнуть из орбит.

Он разжимает хватку. Девушка падает на четвереньки. Кольцо звякает о мрамор. Изо рта Этель капает бурая кровь. Девушка пытается кричать, но только хрипит.
Лео присаживается рядом на корточки и гладит её по волосам.

- Ну же, успокойся. Всё хорошо. Смотри, ты выплюнула кусочек собственного языка. Видишь, какой он мерзкий? Тссс. Ну, тихо-тихо. давай помогу тебе снять платье.

Он ловко орудует Агатой, разрезая шнуровку на спине Этель. Она вздрагивает, когда Лео касается холодным лезвием обнажённой кожи. Этель пытается отползти, но Лео просто наступает ногой на её волосы, присекая эти слабые попытки побега.

- Ты может быть хочешь поучаствовать, дорогая? - будничным тоном говорит он, искоса смотря на Аду и улыбаясь. - Плеть? Посмотри какая у неё белая спина. Просто чистый холст.

Отредактировано Леонардо Флоренци (2021-11-08 00:34:17)

+3

8

Mariage D' Amor

[indent] Ада не хотела дарить тривиальный подарок. Не хотела дарить что-то такое, о чём Лео позабудет уже через мгновение… И как бы он Аду ни любил, как бы ни ценил, она знает — должного удовольствия от «пустого» и «бездушного» подарка он бы не получил.

[indent] Тогда что?
[indent] Что ему подарить?

[indent] Ада долго ходила, долго размышляла и голову в самых разных, сложных догадках ломала. Приходила в кабинет, садилась и, в мягком кресле утопая, безотрывно смотрела на портрет. Когда-то она нарисовала его сама и с него на неё смотрел мужчина — само воплощение мужественности, силы и красоты. А его голубые глаза… В них она видела странный блеск, который как женщина — смогла уловить, и который как художница — смогла передать. И всё больше всматриваясь в них, она утопала и пропадала: вспоминала каждый их душевный разговор, каждый томный вздох и каждый громкий стон. Но чем больше Ада смотрела, тем яснее понимала, что реальному Лео, которого она видит изо дня в день, часто во взгляде чего-то не хватало… Эмоции! Вот этой. Вот такой. Той, которую он испытывал, когда она его рисовала. Когда он смотрел на неё и по-настоящему сиял. И дело не только в любви, которую она тогда ему дарила, дело в том, что в тот момент он знал — Лео ей нужен. Нужен здесь и не только сейчас. Она о нём помнит… Всегда. Да, пускай для этого ей нужно постоянно его вспоминать и о его существовании себе напоминать, но она никогда этого делать не забывает и никого чужого к себе не подпускает. И именно тогда, несколько лет назад, когда на него «напали» и он пропал… Когда он вернулся, то всё окончательно осознал. Понял, что Ада не забудет его никогда, как бы не сложилась их дальнейшая судьба.

[indent] Но с другими ему сложнее. С обществом, которое не специально, но постоянно о нём забывает и пока он о себе как-то громко и пышно не заявит — не вспоминает. Но Лео нашёл способ заставить людей не только о «нём» говорить, но и с ужасом о реальном существовании «Золотой маски» себе и своим детям напоминать. Помнить о том, что человек в маске может за любым из них прийти и выпустить тёплые кишки. Вот только они ошибаются. Лео не какой-то там обычный серийный маньяк, который режет сифилисных шлюх в Портовом или продажных стражей в Судебном за просто так. Нет.

[indent] Это не про Лео.
[indent] Он убивает со смыслом.
[indent] Особенным, но для неё понятным.

[indent] Тогда-то Ада и поняла, что сможет его порадовать. Что сможет его удовлетворить и что ей стоит ему подарить. Жертву. Но не простую, а такую, которую он не забудет никогда. Такую, воспоминания о смерти которой останутся с ним на долгие года. И судьба словно сама привела Аду туда, где она её нашла. Привела в Большой театр, на выступление молодой и многообещающей известной богатой публике — Этель Стоун. Певицы, о таланте которой последние несколько месяцев все только и голосят. А все яркие афиши в городе пестрят её портретами, с которых она улыбается и смотрит с выражением «искренней» ясности, доброты и неподдельной простоты.

[indent] Но стоило ей выйти на сцену и открыть свой рот, как иллюзия разрушилась и не осталось ничего, кроме горького сожаления о том, что Ада и Лео напрасно пришли сюда вдвоём. Ведь они могли провести потраченное время куда интереснее, и для этого им бы не пришлось выбираться из тёплой постели и тащиться куда-то в экипаже под проливным дождём.

[indent] Но не это оказалось самым страшным.

[indent] Аде было невыносимо больно смотреть на Лео и осознавать, прямо в глазах его читать, что пение её смогло не только сильно его огорчить, но и сердце на кусочки разбить. Ведь она знала, что помимо Смерти и Любви, есть ещё Музыка, которой Лео верен и которой отдаёт всего себя сполна. Он искренне считает, что Музыка непременно должна быть высочайшего качества, и что этого не достичь ни одному исполнителю и музыканту без двух главных вещей, которыми тот должен от природы обладать. Которые не купить, не украсть и не выпросить никакими молитвами у всемогущего Тумана. Которым не научит ни один частный преподаватель, дорогой репетитор или опытный дирижёр.

[indent] Первое — это голос.
[indent] Второе — это слух.
[indent] Но Этель Стоун лишена и первого, и второго.

[indent] И тем, что она на сцену вышла — она всё вокруг себя осквернила. Зрителей, театр и сам оркестр… Высший Титульный Оркестр Утёса! Его оркестр! Конечно, он был тогда спокоен, но с первой взятой нотой, глаза выдали его. В них она ясно прочитала, что Этель, которую протолкнули на большую сцену через постель, осталось совсем не долго жить… Вот только Ада не знала, сколько рассветов и закатов той ещё придётся пережить. Потому она её просто «забрала». Укрыла и спрятала, пока не настанет её «звёздных час» в тот самый день, когда Ада решит её Лео, как красивую куклу, подарить.

[indent] И сейчас она здесь.
[indent] Стоит перед ними и дрожит.
[indent] А вот уже горько плачет и на полу лежит.

[indent] — Нет, что ты, — сидит и добродушно улыбается. Словно в комнате никто от горя и плача не убивается. Словно не пахнет кровью и свежевыжженной плотью.

[indent] — Ты должен всё сделать сам, ведь это твой праздник, дорогой, — неторопливо поднимается с места, подходит и словно не замечая Этель, тянется к Лео, оставляя на его губах один короткий горячий поцелуй.

[indent] — Но я знаю, чем себя занять. Ты не против, если я буду аккомпанировать тебе? — задаёт вопрос, и оба они знают, что он риторического характера. Как мужчина может быть против, если Лео знает, как Ада превосходно играет?

[indent] Она садится за инструмент, и многочисленные складки её пышного мягкого платья цвета свежей крови начинают отбивать свет пламени от жаркого огня, который разожжён в камине. Из-за этого ткань начинает красиво переливаться и сиять, напоминая собой блеск дорогих драгоценных камней.

[indent] — Я сыграю про любовь, — она сидит ровно, вытянувшись как струна, и только голова её немного вперёд наклонена. Ада смотрит на клавиши и наконец начинает играть. Из-под длинных тонких пальцев её, по всех комнате начинает разливаться роскошная, романтичная и спокойная мелодия, что заполняет собой пространство вокруг. В первые мгновения Лео замирает и стоит, затаив дыхание. Но Ада поворачивается, улыбается, и он приходит в себя.

[indent] — Что скажешь насчёт того, чтобы дать ей ещё один шанс? — Ада переводит взгляд на Этель и смотрит ей прямо в глаза. — Я хочу, чтобы ты для нас спела, дорогая моя.

[indent] Этель хочет встать, и Лео ей позволяет. Она придерживает платье хрупкими руками, которое спадёт к ногам, если ей придётся его отпустить. Смотрит на Аду и словно по команде начинает петь. Неужели она так сильно хочет жить? Но те звуки, которые она начинает издавать, пением тяжело назвать. Она то и дело запинается, путается и не может подобрать слова. Шепелявит из-за травмированного языка, а кровь течёт тонкими струйками из уголков обожженного рта. Громко всхлипывает и захлёбывается в слезах, которые не останавливаясь текут по её бледным щекам.

[indent] — Хватит, ты безнадёжна, — Ада перестаёт играть. — И твоё пение заставляет нас страдать.

[indent] Этель стоит и молчит. Не знает, что ей сказать. Не знает, что предпринять. Но точно знает, что ей отсюда не убежать. Она просто думает о том, что сказал ей Ада перед тем, как открыть дверь и в комнату провести. Та наклонилась, заглянула в глаза и тихо прошептала слова: «Твоя смерть будет мучительной, быть может тогда до тебя всё дойдёт. Но ты не бойся, вся боль рано или поздно уйдёт...»

[indent] — Лео, ты можешь с ней продолжать.

[indent] Смерть.
[indent] Любовь.
[indent] Музыка.

[indent] Всё это есть «здесь и сейчас» и Лео должен быть в этот момент по-настоящему счастлив. Ада вновь начинает играть, и музыка её теперь звучит только для него одного. И предназначена она для того, чтобы он наконец раскрылся и ей, как своей любимой женщине, полностью открылся. Высвободил чувства, о которых всю жизнь молчал и показать боялся. Думал, что другие не поймут. Осудят и уйдут. Но Ада не такая. Она всё понимает и все его взгляды разделяет. Любит. И таким каков он есть принимает, до самых небес возводит и восхваляет.

[indent] — И насчёт тела можешь не переживать, — говорит так, будто её слова нежные чувства девушки не способны задеть. — Томас обо всём знает, и как только мы уйдём, он «позаботиться» о ней.

[indent] Кидает равнодушный взгляд на Этель, а потом на пол, и уже с большим разочарованием в голосе добавляет:

[indent] — Как и об этом дорогом ковре.

+3

9

Concord orchestra - Behind blue eyes
Все носят маски. Из золота, серебра, фальшивых улыбок, правил приличия и добродетели. В большинстве своём люди скрывают свои истинные лица из страха. Быть частью толпы проще и безопаснее. Но есть такие, которые скрывают лик для того, чтобы их самих не боялись. Волки в овечьих шкурах, хищники на двух ногах.

Ночь через ночь Ада обнажала для него своё тело, позволяла делать то, что он мог только пожелать. Но впервые она обнажила душу. Открылась ему, а он ей.

Если бы кто-то ещё вчера сказал Лео, что тот любит свою женщину недостаточно, то он рассмеялся бы в лицо и сказал бы, что больше любить просто невозможно. Но сегодня он понял, насколько ошибался.

Удивился ли он? Нет, он знал тёмную суть Ады с первого дня знакомства. Он знал о ней и до того, как они познакомились. Но Лео впервые узрел воочию. Никакой жалости во взгляде, никакого отвращения к крови. Ада смотрела с интересом, как смотрят на спектакль в театре. Улыбалась. И он будто увидел её заново. И сердце забилось чаще.

А потом Ада садится играть на клавесине. Тонкие пальцы порхают по клавишам. Лео же отпускает несчастную Этель и подходит к Аде, положив руки ей на плечи.

- Я должен признаться тебе, - он ласково обнимает девушку. - Я знаю, что ты специально выбирала жертву, чтобы мне было приятно. И она прекрасна в своей бесталанности. В другое время я бы убивал её медленно, смакуя страдания.

Этель сзади тихонько всхлипывает и скулит.

- Она бы ждала смерти как искупления, как освобождения. Но сегодня я просто не хочу тратить на неё время. Твой подарок гораздо важнее, чем безголосая певичка.

Лео убирает руки.

- Нет-нет-нет! Пожалуйста! Нет!

Этель ползёт к двери, Но Лео хватает её за волосы и одним движением перерезает горло. Певица падает на пол, зажимая окровавленное горло руками. Ковёр испорчен безнадёжно, но, конечно, Лео купит новый. Ещё красивее. Этель хрипит и, наконец, затихает. Вот так банально и быстро.

Ада перестаёт играть. Лео подходит и разворачивает стул, на котором она сидит, опускается и лицом утыкается в юбку на коленях Ады. Некоторое время он просто молчит, вдыхая её запах, чувствуя тепло тела. Её осторожные пальцы в его волосах.

Он приподнимает голову, смотрит в глаза.

- Я должен кое-что сделать. Я много размышлял. Нет никаких сомнений относительно чувств к тебя. Ох… Это тяжело… Я… Мысли путаются. Ада, я всегда хотел для тебя только счастья.

Он протягивает руку, касаясь её щеки и оставляя кровавый след.

- И именно поэтому я сомневался. Ты ведь знаешь, как никто другой, насколько меня тяжело любить. Все эти дневники, ежедневная битва с собственной памятью. Разве ты заслужила такого? Разве ты заслужила мою ревность, мою жестокость? Но я просто не могу иначе. Больше не могу.

Рука Лео, обычно твёрдая, сейчас дрожит. Белоснежные манжет запятнан кровью. Он что-то сжимает в кулаке. До боли. До побелевших костяшек.

Кольцо. Чёрный камень и белое золото. То самое кольцо, которое он никогда не брал с собой, но именно сегодня взял. То самое кольцо, которое он купил для Ады, и только для неё.

Если она откажет, то это разобьёт его сердце. Навсегда. Осколки вечно будут колоть грудную клетку изнутри. Но он поймёт, почему она так сделала. Его действительно безумно тяжело любить. Вот только Лео знает, что она скажет “да”. Когда этот мир был сотворён, возник из Тумана, то это уже было предрешено. Величайший эгоизм Леонардо Флоренци.

Все привыкли думать, что Любовь - это нечто возвышенное и прекрасное. Что она спасёт мир от гибели. Но Любовь может как возвысить, так и раздавить. Она впитывается в ковёр и бежит алой каплей по щеке Ады. Она - отблеск на острие кинжала. И в конечном итоге может именно Любовь станет причиной гибели всего сущего. Великолепная сука, которая вместе со своими сёстрами Верой и Надеждой уже давно поставили мир на колени.

Но если бы Лео предложили на выбор умереть прямо сейчас в жутких мучениях, или вернуться назад и прожить жизнь без Ады, то он ни на мгновение не колеблясь выбрал бы первое. И сдох бы с улыбкой на устах. ни о чём не жалея. Потому, что мир без Ады - это тусклое и безрадостное место. Это пустота. Это отчаяние.

И потому он размыкает пересохшие губы. Он обрекает её на себя самого. Величайший эгоизм Леонардо Флоренци. И его величайшее счастье.

- Ада Кроули, ты станешь моей женой?

Отредактировано Леонардо Флоренци (2021-12-25 21:25:48)

+3

10

Strange

[indent] «Нет»

[indent] Ада не сможет сосчитать на пальцах рук, сколько раз за всю жизнь ей признавались в любви. Сколько громких слов произносили, сколько широких жестов совершали. Сколько раз заходили в признаниях и действиях дальше, и стоя перед ней на коленях, просили её хрупкой руки. Задавали тот самый судьбоносный вопрос и отдавали свои руки, и сердца. Кто-то из них был действительно искренним, кто-то откровенно фальшивым. Но так или иначе, с лёгкой улыбкой на алых устах, Ада им всем давала один и тот же роковой ответ — «Нет».

[indent] И дело тут вовсе не в любви. Не в том, что она их не любила. Это только одна из причин. Ведь ни для кого не секрет, что сейчас молодые и тем более, не очень молодые дамы, только и мечтают о том, чтобы поскорее выйти замуж и любовь для этого им совсем не нужна. Она для них вообще не важна. Каждая прежде всего думает о том, что принесёт ей тот или иной союз. С кем из многочисленных мужчин, что хороводами вьются вокруг, она сможет укрепить и наладить социальные связи. С кем станет богаче, а с кем будет обречена на успех.

[indent] Сама же Ада никогда не хотела выйти замуж. Или нет. Правильнее будет сказать, что этому просто не было места в её жизненных планах. Она всегда считала, что брак ей не необходим, что он будет только мешать и отвлекать. Считала себя одной из тех редких, счастливых женщин, которые почти перевелись. Одной из тех, которые ставят Себя и свой собственный комфорт превыше всего. Замуж? Зачем? Богатства она не ищет, занятия от скуки и утешения в ком-то не ищет, да и положение в обществе ей совсем ни к чему. Всё это у неё уже есть. Для того чтобы себя красиво одеть, вкусно накормить или весело развлечь, ей совсем не нужен брак и мужчина. Не нужен тот, перед кем нужно будет прыгать и тот, кто будет ей говорить когда и как его любить. А если захочет она не его? Май… Ада даже не хочет думать о том, что кто-то может указать её любимой на дверь. Или что ещё страшнее, подумает и самой Май начать владеть!

[indent] «Нет»
[indent] «Нет»
[indent] «Нет»

[indent] Вот её окончательный ответ. А о том, что они ей банально были неровней… Об этом не стоит и вслух говорить. Никто из них лучше предыдущего не оказался. Одни и те же пустые разговоры, одни и те же дурные манеры. Брак с любым из них не принёс бы ей никаких добрых жизненных перемен. Ада абсолютно точно понимала, что стоит ей только согласиться и выйти замуж, как она в тот же миг раскается в содеянном и начнёт горько жалеть.

[indent] Но мужчина, который сейчас рядом с ней — другой. Особенный. Такой… Родной? Да. А всё потому что в Лео Ада видит себя. Такого же страстного и опасного человека, как она сама. Но сейчас с ним что-то не так. Куда-то пропала его спокойная, твёрдая манера разговора и беспечное, суровое выражение лица. Ада смотрит на него и видит как он дрожит. Она готова поклясться, что слышит как сердце его пропускает удар. Снова и снова. Как оно замедляется и набирает скорость. Но о чём он говорит? Что его сложно любить? Сколько раз они уже это проходили. Аде казалось, что она всё ему уже доказала ещё тогда, когда думала, что навсегда потеряла… Когда срывала ящики с петель, а дневники, что служат доказательством её преданности и любви, со злостью кидала к мужским ногам. Почему он не хочет подарить Этель мучительную смерть? Они ведь сегодня никуда не спешат… И ночь для них двоих только начинается. Ада что-то сделала не так? Пускай он расскажет и простит. Но Лео только продолжает мучительно долго вокруг да около чего-то главного ходить. И Ада понимает: что сейчас он скажет что-то такое, что навсегда решит их судьбу. От этой мысли сердце её сжимается до фантомной боли в груди. Такой, будто сам ядовитый Туман в него проникает и отравляет.

[indent] «…женой…» — эхом отдаётся в её голове. Ада не понимает, пугается и непроизвольно одёргивает руки от его головы. С ней такого ещё не случалось и потому на её лице появляется выражение, видеть которое ему ещё не доводилось. Она растеряно хлопает длинными ресницами и молчит. Ей кажется, что она не знает, что сказать. Но в этом кроется самообман. На самом деле она точно знает. Чувствует как от сердца её отступает Тьма, и что она хочет как можно скорее ответить ему…

[indent] «Да»

[indent] Как же она может сказать «Нет»? Разве может человек, который любит, вообще на что-то сказать «Нет»? Ответ всегда должен быть один и это «Да».

[indent] «Пойдёшь за мной?» — «Да»
[indent] «Умрёшь со мной?» — «Да»
[indent] «Станешь моей женой?..»

[indent] И так… Всё решено. И ей не нужны сейчас букеты белоснежных роз и певчие птички, что будут порхать кругом. Ей нужен только Лео и его вопрос. Но уверен ли он? Если она согласится, скажет ему «Да», осознаёт ли он сам на что себя обрекает? На вечные страдания и размышления о том, что в один день она может не вспомнить о нём. Ада точно знает, что эти мысли не покинут его голову никогда. Будут мучать и медленно съедать. Что если это заставит его однажды отвернуться от неё? Ведь он может позволить себе любую. Найти такую, которую не жалко потерять. Не жалко на другую сменить. Или просто убить. И если такое однажды случится, то эту разлуку будет не суждено им двоим пережить.

[indent] Самыми кончиками пальцев Ада осторожно касается мужской ладони, а после кольца. Такое красивое. А камень… В свете золотого огня сияет так же сильно, как и её глаза.

[indent] И Ада соблазняется.
[indent] Соглашается.
[indent] «Да»

[indent] Набирается уверенности и по щеке катится слеза. Лео замирает, ведь он ещё не видел чтобы Ада плакала. Его не посещала даже мысль о том, что Ада могла когда-то делать это не при нём. Всегда сильная. Нет... Слезы — это не про неё. Но сейчас и с ней что-то не так. Она кивает и громко повторяет:

[indent] — Да. Да. Да! — хватает за другую руку и бережно прикладывает к собственной груди. Смотрит ласково, улыбается и даёт понять, что она не просто соглашается и хочет построить с ним семью. Что, принимая его руку и сердце, она взамен отдаёт своё. Вкладывает ему в руку его же Агату, и направив остриём, даёт разрешение на то, что он может в любой момент вырезать сердце её.

[indent] Лео надевает на её пальчик кольцо и Ада бросается в его объятия. Обвивает шею руками и прижимает к себе, стараясь укутать теплом. А потом она тянется к мужскому лицу и дарит нечто большее, чем простое соприкосновение горячих губ. Конечно, её поцелуи всегда что-то значат. Всегда доказывают её безграничную любовь. Но сейчас она хочет ему показать все свои эмоции. Показать свою сильную привязанность и непреодолимое желание. Дать почувствовать всем телом тягучую нежность и сумасшедшую страсть.

[indent] Но Ада не останавливается на этом и становится напористее. Под шелест пышных юбок сползает к нему на пол и устраивается у него на руках. Обнимает стройными ногами за торс и скрещивает тонкие щиколотки у него за спиной.

[indent] — Я хочу кое-что тебе рассказать, — её взгляд меняется. Теперь Ада преисполнена уверенности и решительности. Уже поздно отступать, поздно что-то менять. Она касается уха губами и тихо шепчет, раскрывая свой самый сокровенный секрет. Говорит ласково и преподносит слова бережно, будто их можно потрогать или ощутить. Словно сделаны они из тонкого фарфора и в любой момент их можно разбить. Разбить так, что жизнь её разлетится на множество осколков, если он не сможет их принять. Как данность. Как факт.

[indent] Но Лео только усмехается в ответ, будто он всегда что-то подозревал. Что-то знал. Но не хотел лезть в душу и от того просто молчал.

[indent] — Пока сама Смерть не разлучит нас, — Ада говорит только им двоим понятные слова и больше нет смысла продолжать. Больше нет места разговорам. Их поцелуй продолжается, но это уже не просто прикосновения, не просто прелюдия перед интимной близостью. Это обещание. Обещание целую вечность обнимать и целовать. Дорожить и оберегать. Это взаимное предложение себя. Общего дома и настоящей семьи. И именно с этого момента начинается их новая история, которую Ада непременно не забудет под утро в чистый дневник записать. Всё начинается...

[indent] С предложения пожениться.
[indent] С переплетённых пальцев рук и обнажённых тел.
[indent] С томных вздохов и сказанного с придыханием слова «ещё».

+3


Вы здесь » Готика » Некрополь » Мы похожи


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно